Мы взяли интервью у мамы одного из наших учеников.
В этой статье — образовательный путь ребенка в Think с 8 класса до поступления.
В этой статье — образовательный путь ребенка в Think с 8 класса до поступления.
О чем это интервью?
Наталья Добронравова и сын Вова впервые попали в Think в 2018 году. Тогда Вова учился в 8 классе и начал заниматься у нас на инженерном направлении.
Профориентация определила маршрут развития, а консультации специалистов компании помогли уточнить детали.
В 11 классе Вова готовился к ЕГЭ по математике, физике и русскому языку, а Think помогал им с мамой пройти через приемную кампанию.
В результате: ЕГЭ по физике — 91 балл, по математике 90 баллов, а русский на 98. Вова собирает вещи и едет учиться в Финансовый Университет в Москве!
Профориентация определила маршрут развития, а консультации специалистов компании помогли уточнить детали.
В 11 классе Вова готовился к ЕГЭ по математике, физике и русскому языку, а Think помогал им с мамой пройти через приемную кампанию.
В результате: ЕГЭ по физике — 91 балл, по математике 90 баллов, а русский на 98. Вова собирает вещи и едет учиться в Финансовый Университет в Москве!
![](https://static.tildacdn.com/tild3763-3236-4533-b436-356635393535/scale_2400.jpg)
— Наталья, расскажите, пожалуйста, почему вы когда-то остановили свой выбор именно на Think24?
— У меня вообще других вариантов не было! (Смеется). Мне посоветовала знакомая, у которой ребенок уже занимался в Think. Она сказала, что абсолютно уверена в центре, что там сильная команда. Тогда я искала центр развития с серьезной подготовкой по математике и физике, который мог бы подойти именно подростку. Когда я привела Вову в Think, у него было эмоциональное выгорание, со своим потенциалом он уже просто не хотел учиться.
Нам повезло встретить Шамиля Мизитова, он тогда еще преподавал физику. (примечание редактора: именно с этого все и начиналось. Шамиль Мизитов — основатель и руководитель Think24, прошедший путь от репетиторства до создания образовательной компании). Я рассказала ему о ситуации, попросила помощи. Он сказал: «Сделаем!» — и так, слегка, ударил ладонью по столу. Я поняла, что работа предстоит сложная, длительная, но на результат. И тогда в Вове эта искорка стала разгораться. Ему стало интересно. Он понял, для чего вообще это все. На следующий день я его привела, и он там остался учиться.
— По какой программе вы занимались?
— Это была «Инженерия» из курса «Профессия». Основными предметами были математика и физика, в одиннадцатом классе дополнительно взяли русский язык.
— А что ваш сын говорил о центре? Что ему нравилось? Почему он четыре года доблестно посещал эти занятия?
— Вообще у меня ребенок немногословный, если он говорит: «Мама, все хорошо», — это уже показатель того, что не просто хорошо, а отлично! Он говорил: «Мама, мне все нравится! Что тебе еще сказать?» (Улыбается)
— Когда вы начали рассматривать какие-то конкретные вузы и специальности? Были какие-нибудь сомнения?
— Больших сомнений не было, мы знали, что специальность однозначно должна быть связана с высшей математикой и физикой, поэтому перечень вузов был небольшой. Тем не менее, мы встали перед выбором: остаться в Санкт-Петербурге или рассматривать также Москву.
Когда мы только пришли в Think — это был восьмой класс — помогла профориентация, а потом мы просто шли по этой линии без колебаний и выбирали что-то связанное с точными науками.
— У меня вообще других вариантов не было! (Смеется). Мне посоветовала знакомая, у которой ребенок уже занимался в Think. Она сказала, что абсолютно уверена в центре, что там сильная команда. Тогда я искала центр развития с серьезной подготовкой по математике и физике, который мог бы подойти именно подростку. Когда я привела Вову в Think, у него было эмоциональное выгорание, со своим потенциалом он уже просто не хотел учиться.
Нам повезло встретить Шамиля Мизитова, он тогда еще преподавал физику. (примечание редактора: именно с этого все и начиналось. Шамиль Мизитов — основатель и руководитель Think24, прошедший путь от репетиторства до создания образовательной компании). Я рассказала ему о ситуации, попросила помощи. Он сказал: «Сделаем!» — и так, слегка, ударил ладонью по столу. Я поняла, что работа предстоит сложная, длительная, но на результат. И тогда в Вове эта искорка стала разгораться. Ему стало интересно. Он понял, для чего вообще это все. На следующий день я его привела, и он там остался учиться.
— По какой программе вы занимались?
— Это была «Инженерия» из курса «Профессия». Основными предметами были математика и физика, в одиннадцатом классе дополнительно взяли русский язык.
— А что ваш сын говорил о центре? Что ему нравилось? Почему он четыре года доблестно посещал эти занятия?
— Вообще у меня ребенок немногословный, если он говорит: «Мама, все хорошо», — это уже показатель того, что не просто хорошо, а отлично! Он говорил: «Мама, мне все нравится! Что тебе еще сказать?» (Улыбается)
— Когда вы начали рассматривать какие-то конкретные вузы и специальности? Были какие-нибудь сомнения?
— Больших сомнений не было, мы знали, что специальность однозначно должна быть связана с высшей математикой и физикой, поэтому перечень вузов был небольшой. Тем не менее, мы встали перед выбором: остаться в Санкт-Петербурге или рассматривать также Москву.
Когда мы только пришли в Think — это был восьмой класс — помогла профориентация, а потом мы просто шли по этой линии без колебаний и выбирали что-то связанное с точными науками.
![](https://static.tildacdn.com/tild3536-3364-4439-a362-386638626633/scale_2400_1.jpg)
— О выборе конкретного вуза мы задумались еще в конце десятого класса. Владимир Александрович Воронов на одном из собраний озвучил, что в следующем учебном году появится программа, которая предполагает полное сопровождение (вплоть до зачисления в общежитие). Она включала подготовку к ЕГЭ, составление и корректировку карты вузов и другое. Мне это очень понравилось. И с октября мы стали готовиться уже по этой программе. Благодаря детальному вступительному тестированию мы узнали, что есть вузы, которые ориентируются на фундаментальные науки, другие же, напротив, делают акцент на прикладных. А так как мой сын любит конструировать, мастерить что-то своими руками, то мы выбрали прикладное направление. Затем вместе с экспертами выделили те заведения, которые специализировались на прикладной математике и физике.
А дальше карта вузов корректировалась много раз: мы стали рассматривать московские университеты и исключили несколько петербургских, потому что их проходные баллы в последние несколько лет стали ниже, а Вовин потенциал позволял взять более высокую планку.
— И все-таки, почему остановились на Москве? Вуз был подходящий? Или были еще какие-то факторы?
— Основным фактором стал высокий общий балл результатов ЕГЭ. Потому что, когда получили конечный балл, то я попросила сотрудника Марию Парамонову посмотреть, куда мы проходим на бюджет в Москве. Она сказала, что есть несколько достойных вузов, куда сын реально проходил. И мы рискнули.
— Я видела результаты экзаменов, это, конечно, звездно! Очень высокие баллы.
— Знаете, сильно помогло то, что в течение нескольких месяцев проводилось пробное тестирование по ЕГЭ. Самые первые результаты повергли меня в шок, мне было удивительно, почему ребенок сдал русский язык всего на 68 баллов. Результаты повторных тестов были все лучше и лучше, в том числе благодаря помощи кураторов. Весь одиннадцатый класс я постоянно держала руку на пульсе, очень тесно общалась со всеми кураторами как по консалтингу, так и по курсу «Инженерия». Поддержка была со всех сторон.
В середине одиннадцатого класса сын немного устал от учебы, и я попросила личную встречу с Владимиром Александровичем, чтобы мотивировать поддержать и направить ребенка. Надо отдать должное, что при своей занятости, Владимир Александрович нашел время для нескольких длительных бесед с ребенком. И эти встречи, действительно, помогли.
Ответ сына: «Мама, все хорошо, я все понял» меня по-настоящему успокоил. И он, на самом деле, понял! Ведь русский он написал очень достойно.
— Наталья, а как ваш сын учился в школе? Как вы считаете, была ли разница в подходе к обучению между Think и школой?— Да, разница заключалась в следующем: в школу он ходил, как все ребята, и для того, чтобы сдать текущие контрольные и зачеты. А в Think он ходил с удовольствием, именно за знаниями, за общением. Он шел по интересу. Честно говоря, я не представляю, что было бы, если у Вовы была только школа. Это было бы очень грустно.
В Think он бежал с огромным удовольствием. Даже, когда поздно возвращался с занятий, ни разу не сказал, что он устал, что хочет пропустить. Вообще подобного не было.
А дальше карта вузов корректировалась много раз: мы стали рассматривать московские университеты и исключили несколько петербургских, потому что их проходные баллы в последние несколько лет стали ниже, а Вовин потенциал позволял взять более высокую планку.
— И все-таки, почему остановились на Москве? Вуз был подходящий? Или были еще какие-то факторы?
— Основным фактором стал высокий общий балл результатов ЕГЭ. Потому что, когда получили конечный балл, то я попросила сотрудника Марию Парамонову посмотреть, куда мы проходим на бюджет в Москве. Она сказала, что есть несколько достойных вузов, куда сын реально проходил. И мы рискнули.
— Я видела результаты экзаменов, это, конечно, звездно! Очень высокие баллы.
— Знаете, сильно помогло то, что в течение нескольких месяцев проводилось пробное тестирование по ЕГЭ. Самые первые результаты повергли меня в шок, мне было удивительно, почему ребенок сдал русский язык всего на 68 баллов. Результаты повторных тестов были все лучше и лучше, в том числе благодаря помощи кураторов. Весь одиннадцатый класс я постоянно держала руку на пульсе, очень тесно общалась со всеми кураторами как по консалтингу, так и по курсу «Инженерия». Поддержка была со всех сторон.
В середине одиннадцатого класса сын немного устал от учебы, и я попросила личную встречу с Владимиром Александровичем, чтобы мотивировать поддержать и направить ребенка. Надо отдать должное, что при своей занятости, Владимир Александрович нашел время для нескольких длительных бесед с ребенком. И эти встречи, действительно, помогли.
Ответ сына: «Мама, все хорошо, я все понял» меня по-настоящему успокоил. И он, на самом деле, понял! Ведь русский он написал очень достойно.
— Наталья, а как ваш сын учился в школе? Как вы считаете, была ли разница в подходе к обучению между Think и школой?— Да, разница заключалась в следующем: в школу он ходил, как все ребята, и для того, чтобы сдать текущие контрольные и зачеты. А в Think он ходил с удовольствием, именно за знаниями, за общением. Он шел по интересу. Честно говоря, я не представляю, что было бы, если у Вовы была только школа. Это было бы очень грустно.
В Think он бежал с огромным удовольствием. Даже, когда поздно возвращался с занятий, ни разу не сказал, что он устал, что хочет пропустить. Вообще подобного не было.
![](https://static.tildacdn.com/tild3430-3437-4861-b936-363662313766/scale_2400_2.jpg)
— Может быть у вас есть идеи, что можно исправить или реализовать центру?
— Хотелось бы, чтобы ребят больше собирали вместе, чтобы они заряжались от таких энергичных преподавателей и сотрудников. Команда, действительно, с очень высоким потенциалом. И здорово, что география оффлайн-центров расширяется.
— Наталья, спасибо вам за такую позитивную и подробную обратную связь. Это очень для нас ценно. Уверена, что команду эта статья тоже сильно порадует. Вы совершенно правы, сейчас у нас на повестке вопрос о запуске новых оффлайн-центров в других городах. Думаем над тем, какие мероприятия еще можем предложить. Все будет!
— Напоследок, передайте, пожалуйста, слова благодарности Шамилю Мизитову, Владимиру Александровичу Воронову, нашему куратору Евгению. А также Марии Парамоновой, я ей часто звонила, она понимала все мои волнения не только как специалист, но и просто по-человечески.
Обратная связь для нас — не просто формальность. Пока ребенок учится у нас, мы вовлечены в его жизнь, заботимся о результате и переживаем о будущем! Каждый отзыв — это мотивация улучшать свою работу.
Выражаем слова благодарности Наталье Добронравовой и ее сыну Владимиру Кучину за возможность публикации этого интервью.
Если у вас появились вопросы о наших курсах, то мы всегда будем рады на них ответить!
— Хотелось бы, чтобы ребят больше собирали вместе, чтобы они заряжались от таких энергичных преподавателей и сотрудников. Команда, действительно, с очень высоким потенциалом. И здорово, что география оффлайн-центров расширяется.
— Наталья, спасибо вам за такую позитивную и подробную обратную связь. Это очень для нас ценно. Уверена, что команду эта статья тоже сильно порадует. Вы совершенно правы, сейчас у нас на повестке вопрос о запуске новых оффлайн-центров в других городах. Думаем над тем, какие мероприятия еще можем предложить. Все будет!
— Напоследок, передайте, пожалуйста, слова благодарности Шамилю Мизитову, Владимиру Александровичу Воронову, нашему куратору Евгению. А также Марии Парамоновой, я ей часто звонила, она понимала все мои волнения не только как специалист, но и просто по-человечески.
Обратная связь для нас — не просто формальность. Пока ребенок учится у нас, мы вовлечены в его жизнь, заботимся о результате и переживаем о будущем! Каждый отзыв — это мотивация улучшать свою работу.
Выражаем слова благодарности Наталье Добронравовой и ее сыну Владимиру Кучину за возможность публикации этого интервью.
Если у вас появились вопросы о наших курсах, то мы всегда будем рады на них ответить!